English


О милосердии



Постарайся сделать счастливым тех, кто рядом с тобой, и ты сам будешь счастлив.

Великая Княгиня Елизавета Федоровна


Сегодня:




Праздник:


Пост:

 

Трапеза:

Святые:

Евангельские чтения дня:


Икона дня:

Новости


Новости

«Мама говорила, что мне нужно быть монахиней». Рассказ монахини Галины, подопечной Обители милосердия

Монахиня Галина  уже не один год живет в Свято-Елисаветинской Обители милосердия. Она страдает болезнью Паркинсона. Хотя это заболевание неизлечимо, матушка не унывает, посещает богослужения и даже помогает сестрам милосердия в трапезной. С детства матушка Галина была верующей, любовь к Богу воспитала в ней мама. Наша Лия побеседовала с матушкой Галиной о ее жизни.

Лия: Как состоялась Ваша встреча с Богом?

Матушка Галина: К храму меня приобщила мама. Бывало, спросит: «Хочешь пасху освятить? Нужно отнести в храм». Или: «Пойдем в церковь, служба будет хорошая, послушаешь. А если не понравится – домой пойдешь».

Я и ходила с ней, потихоньку привыкая к церковной жизни. В школе с уроков убегала на службу. Мне нравилось быть в храме. А потом мама стала говорить: «Исповедуйся!». И я стала ходить к батюшке на исповедь.Маму вызывали к директору школы, где я училась. Меня сначала поругают, а потом директор скажет: «Я вызову твою мать!».  Я говорю: «Ну, вызывайте, она же тоже в храм ходит». – « И что, и ты с ней ходишь?» – «В выходные дни я с ней хожу, а когда в школу, одна хожу в храм». – «И тебя мать пускает?! Мы тебя в пионеры не примем!». Я отвечаю: «Так у меня и галстука-то нет, чтобы приняли в пионеры».

Знали, что я с уроков убегаю в храм, что на все праздники в храме нахожусь. Мне очень нравилось в храме. Мама говорила, что мне нужно быть монахиней. У нас храм красивый, большой. Там, где батюшка исповедовал, раньше большая икона стояла святого Иоанна Воина. Когда город (Сухиничи, Калужская область) во время Великой Отечественной войны был под оккупацией, немцы храм не закрывали и не бомбили. Хотя они наносили удары и по городам, и по домам. Когда немцы у нас были на постое (они на нашей улице стояли через один дом), забирала меня одна медсестра немка к себе домой. Мама говорила, что она так боялась за меня, что они что-нибудь сделают: «Принесут тебя обратно, я посмотрю на тебя, все в порядке. Она отдаст тебя и скажет: «Вот смотрите, у вашей Галочки ручки-ножки целы, дрыгается»». Эта их медсестра была, она детей любила. Я ей приглянулась. Она меня конфетами кормила. Бывало, принесет меня, а у меня все лицо и рубашка в шоколаде, кроме того, после шоколада у меня начиналась золотуха. Мама говорила, что она заранее воду готовила, чтобы искупать меня.

Лия: Как складывалась ваша жизнь в юности, чем занимались, где работали?

Матушка Галина: Мама мне давала подработать летом, когда я была еще маленькой –  список домов, людей, которые платили денежку за то, чтобы корова с их быком погуляла, и я ходила по улицам своего прекрасного города Сухиничи. Все полученные денежки я отдавала маме. А зачем они мне? Конечно, если я бы могла тратить, то я бы их потратила на сладости.

Лия: А как вы стали ткачихой?

Матушка Галина: Я захотела после семи классов пойти на ветврача учиться, как и моя мама (она работала в ветлечебнице). Мне мама не разрешила, сказав: «Одноклассники твои все пошли учиться печь хлеб, на «сельское хозяйство» никто не пошел. Ты иди вместе с ними». Я поехала сдавать экзамены и нарочно не написала по русскому языку диктант –  ошибок наделала, потому что я не хотела в пекарню идти работать. А потом, когда я вернулась в свой город, маме на работе одна женщина сказала, что ее дочка поехала в Калугу сдавать экзамены на ткача. Меня мама тоже отвезла в Калугу. Я там четыре месяца была сначала в санатории, а после этого пошла учиться на ткачиху в ФЗУ. Год и два месяца я училась и стала потом работать ткачихой. Сначала не очень нравилось, а потом когда привыкла, понравилось. 41 год я работала ткачихой. Тяжело было. Девочки, которые в пекарне работали, ушли оттуда, не выдержали, трудно было там, а я осталась на своем месте. Недавно в кармане жилетки я у себя нашла газету, в которой писали про мой труд на фабрике.

Лия: До монашества у вас была семья, вы были замужем. Как муж относился к тому, что вы ходили в храм?

Матушка Галина: Нормально. Сам себе мог приготовить что-то. За то, что я ходила в храм, он меня не ругал.  Я его звала с собой. Один единственный раз он пришел – помочь внутри храма что-то сделать. А то бывало приду со службы домой, они уже сидят за столом едят. Я своего мужа дома называла «дедой». «Деда» на своем месте сидел, а на моем месте кто-то из моих ребят сидел. Увидев, что я пришла, он говорил: «Бабушка пришла, садитесь все по своим местам». И они мне мое место освобождали. А когда муж у меня болел сильно, я тут уже чаще с глубокой верой ходила в церковь.

Лия: Как муж реагировал на то, что вы хотите стать монахиней?

Матушка Галина: Он знал, и все в церкви знали. Но на тот момент это было только желание, потом, когда муж умер, тогда я уже окончательно решилась. Когда мужа похоронили, я задала и ответила сама себе на вопрос: почему мой муж так рано умер? Видно, на то была воля Божья, чтобы он сам не мучился и я не мучилась, а только, чтобы молилась за него.

Лия: Как изменилась ваша жизнь с принятием монашеского пострига?

Матушка Галина: Я не думала о том, что мне будет тяжело или плохо, мне все нравилось: быть монахиней и быть в храме. Я несла послушание келейницы при храме.

Лия: Как вы относитесь к своей болезни, это такое испытание...

Матушка Галина: Надо лечиться да и все, хоть чуть-чуть. Я хоть и не вылечусь, но хотя бы болезнь не будет прогрессировать. Если я болею, значит, так Богу угодно. И лечиться надо, и Богу молиться!


Назад