English


О милосердии



В больнице в одной палате лежали два тяжелобольных человека. Один лежал у окна, а кровать другого располагалась у двери.

— Что там видно в окне? — как-то спросил тот, что лежал у двери.

...

— О! — оживился первый. — Я вижу небо, облака, напоминающие зверюшек, озеро и лес вдалеке.

Каждый день лежащий у окна рассказывал своему соседу о том, что происходит за окном. Он видел лодку, рыбаков с огромным уловом, детей, играющих на берегу, юных любовников, держащихся за руки и не сводящих друг с друга сияющих глаз.

В то время как он наблюдал все эти удивительные события за окном, его соседа мучила глухая злоба. «Это несправедливо, — думал он. — За какие такие заслуги его уложили у окна, а не меня, и я могу лицезреть только дверь с облупившейся краской, в то время как он любуется видом из окна?»

Однажды лежащий у окна сильно закашлялся и стал задыхаться. Он пытался дотянуться до кнопки вызова медсестры, но у него не было сил, потому что он содрогался от кашля. Сосед наблюдал за происходящим. Ему ничего не стоило нажать на свою кнопку, но он этого не сделал.

Через некоторое время первый затих и вытянулся на своей постели.

Когда его унесли, сосед попросил медсестру, чтобы его переложили к окну. Медсестра выполнила просьбу больного, перестелила его постель, помогла ему перелечь на противоположную кровать и, убедившись, что больному удобно, направилась к двери. Вдруг её остановил удивлённый возглас больного:

— Как же так! Это окно выходит на глухую серую стену! Но тот, кто умер, рассказывал мне, что видел лес, озеро, облака, людей… Как же он мог всё это видеть из этого окна?

Медсестра печально улыбнулась:

— Он вообще не мог ничего видеть: ваш покойный сосед был слепым.



Сегодня:




Праздник:


Пост:

 

Трапеза:

Святые:

Евангельские чтения дня:


Икона дня:

Новости


Новости

Этот день мы приближали, как могли... Часть 3

Брат милосердия Пастухов Игорь Львович поделился рассказом о своих бабушке и дедушке, которые прошли войну. «На молитве в Евхаристии всегда вспоминаю дедушку и бабушку, им довелось родиться в тяжелые годы, несчастливое время. Дедушке в 1918 году было 14 лет, и уже тогда он попал на фронт Гражданской войны. В наш дом приходили многие журналисты, но дедушка никогда никому не давал интервью, поскольку считал, что это все было неправильно.

Один журналист приходит два раза и долго уговаривал, но дедушка отвечал, что не надо никому рассказывать про эту Гражданскую войну, что ничего в ней героического нет. Не любил дедушка и ветеранов, которые рассказывали в школах про свои подвиги, считал, что настоящий солдат болтать много не будет. Сколько бы его ни приглашали, никогда не ходил, и даже дома мало чего рассказывал: - Убивал ли - не знаю, знаю, что стрелял. - Дедушка был разумный человек, проходил жизненные ситуации осмысленно и трезво».

Звали его Пастухов Тимофей Никифорович, он родился в 1904 году и прожил до 1989 года. Первый день войны он застал в Ростовской области в селе Романовка (названо в честь Царской фамилии Романовых). Страшное сообщение, что война началась, было услышано по громкоговорителю. И дедушку с первых минут войны сразу отправили на фронт. Он был на передовой, служил связистом, попал в суровые бои сначала под Воронежем, а потом на "Миус-фронте" под Таганрогом, где шли бои в 1942 году. В этой "мясорубке" дедушке удалось выжить, несмотря на страшные бои, которые велись у Черного и Азовского моря. Немцы сражались ожесточенно, и нашим войскам приходилось, героически встречая смерть, идти против врага, чтобы отстоять свою землю, вернуть захваченные территории.

Недалеко по пути в Таганрог есть место под названием Самбек - плоская равнина протяженностью около 3 километров, с обеих сторон этой равнины находится возвышенность. Там и укрепились немцы. Под Самбеком ежедневно погибали тысячи человек, попадая под шквальный огонь минометов и гранатометов. Бывало так, что фронт оголялся. В Ростове-на-Дону и ближайших городах Ростовской области набирали добровольцев. Они выходили на передовую, и через день их уже не было в живых... Была такая поговорка - "пошел под Самбек". Это означало, что человек пошел на верную гибель...

«Бог управил так, что дедушка в этих боях чудом выжил. Но был контужен и ранен (пуля вошла в правое плечо, прошла через легкое, вышла в районе поясницы). Товарищ, видя, что дедушка упал, заткнул эту дырочку пулевую какой-то тряпкой (когда легкое пробито, отверстие нужно затыкать, иначе человек задыхается). Таким образом дедушка дожил до операции и остался жив, но рана давала о себе знать. Пришлось восстанавливать руку, Слава Богу, она окрепла, и только в старости стала дрожать, была плохо управляема.

В 1943 году, когда уже случился переломный момент, и мы стали наступать и немцев гнали в сторону Германии, в передовых частях было не легче, чем в 1941. Были болезни, которые заканчивались тифом. Тиф по окопам ходил. Было страшно много больных, было очень трудно с ним справиться. Дедушка, несмотря на то, что выжил после ранений и контузий, заболел тифом. Врачи делали все, что возможно, но они опустили руки. Ему разрешили отправиться на малую родину в Ростов-на-Дону, где его с трудом выходили близкие. Господь спас ему жизнь».

Тимофея Никифоровича комиссовали, на фронт уже не отправили. Он продолжал работать на военном заводе в Ростове-на-Дону, занимался восстановлением военной техники - отечественной и трофейной. В этой работе Тимофей Никифорович приобрел хорошие навыки, особенно по части электрики: для ремонта попадались немецкие автомобили, на которых не было ни схем, ни чертежей. Но наши умельцы догадывались, делали на свой лад, и машины заводились и продолжали участвовать в дальнейших сражениях. Также он занимался восстановлением радиоаппаратуры. Умудрился закончить радиотехнический техникум, и впоследствии, несмотря на то, что работал бухгалтером, подрабатывал ремонтом радиоприемников и телевизоров. В последние годы по старости Тимофей Никифорович уже не мог выполнять ремонтные работы, но хорошо понимал суть проблемы и мог подсказать, в чем состоит поломка.

Тимофей Никифорович имеет две военные награды - медаль "За отвагу", бережно хранил, редко надевал. Все знаки отличия, которыми награждали после Войны, считал "ненастоящими" и не ходил их получать в военкомат. В память о Великой Отечественной войне у дедушки сохранилась фляжка. В День Победы всех, кто приходил его поздравить, он угощал из этой фляжки.

«Немного хочу рассказать и о своей бабушке Евгении Дмитриевне. Она на войне не была, жила в оккупации в Ростове-на-Дону. Город брался немцами дважды, дважды освобождался нашими войсками. Во второй раз немцы были в городе непродолжительное время, но бои были ожесточенными. Бабушка вспоминает, что все годы войны практически до 1943, до полного освобождения, не было дня, когда не было бомбежек... Если немцы были в городе, наши беспощадно бомбили, чтобы выгнать немцев. Если заходили в город наши, били немцы, разрушали все дома, было много зверств совершалось немецкими оккупантами. В городе есть мемориал, в простонародье называется "Змеиная палка". На этом месте немцы расстреляли больше 10 тысяч человек среди них были в основном евреи, но также и красноармейцы. Были в городе и лагеря, и страшное гестапо. Бабушка рассказывала, что в эти годы люди перестали чему-то удивляться, чего-то бояться. Например, был большой красивый дом в 6 этажей сталинской постройки, налетели самолеты, люди забежали в подвал, все грохает, шумит, вышли - полдома нет, только панорама из мебели, все квартиры как напоказ, а по бетонным перекрытиям висят куски мяса... Бабушка помнит и такой случай, когда к ней прибежала ее близкая подружка, вся бледная, испуганная. "Женя, - говорит, - я чудом жива осталась!" Оказалось, на Советской площади, наши патроны убили немецкого офицера, и немцы за каждого своего офицера казнили 20 наших людей. Подъехала машина, автоматчики собрали толпу народа, начали ставить к стенке, насчитали 20 человек, а бабушкина подружка была 21... А немцы очень педантичны и аккуратны, они выкинули ее как лишнюю из этой толпы. Потом, ни слова не говоря, тут же расстреляли 20 человек...»

Такое было время, такие воспоминания...


Назад